В начало » ИСТОРИЯ » Судебные процессы по делам бывших руководителей органов госбезопасности в «хрущевскую оттепель»


Судебные процессы по делам бывших руководителей органов госбезопасности в «хрущевскую оттепель»

Новые партийно-государственные руководители, пришедшие к власти в марте 1953 г. (Г.М. Маленков, Л.П. Берия, Н.С. Хрущев и др.), совершенно по-другому стали расставлять акценты в вопросах экономической и политической стратегии Советского Союза. На фоне начавшегося потепления политической жизни всего государства и отказа от репрессий, в Кремле развернулась ожесточенная борьба за власть между наследниками вождя. Это была отличительная черта постсталинского периода, обусловленная тем, что однопартийная система не предусматривала коллегиальности в управлении государством и она не предполагала наличия в стране нескольких лидеров. Поэтому все понимали, что кто-то из членов так называемого «коллективного руководства» должен стать «первым среди равных».

Историческое развитие органов госбезопасности Советского Союза в середине ХХ в. характеризуется кардинальными изменениями в их структуре и направлениях деятельности.

После смерти Сталина отечественные спецслужбы вместе со всей страной отошли от тоталитарного репрессивного курса и встали на путь либерализма, который сопровождался совершенствованием законодательства, поиском оптимального сочетания карательных и профилактических мер.

Новые партийно-государственные руководители, пришедшие к власти в марте 1953 г. (Г.М. Маленков, Л.П. Берия, Н.С. Хрущев и др.), совершенно по-другому стали расставлять акценты в вопросах экономической и политической стратегии Советского Союза. На фоне начавшегося потепления политической жизни всего государства и отказа от репрессий, в Кремле развернулась ожесточенная борьба за власть между наследниками вождя. Это была отличительная черта постсталинского периода, обусловленная тем, что однопартийная система не предусматривала коллегиальности в управлении государством и она не предполагала наличия в стране нескольких лидеров. Поэтому все понимали, что кто-то из членов так называемого «коллективного руководства» должен стать «первым среди равных».

В этом случае органы МГБ-МВД как важный силовой элемент в государственном механизме тали одним из главных объектов внимания со стороны руководителей партии и правительства. На чьей стороне были органы госбезопасности и армия – на той стороне находилась и власть.

Ситуация при которой Л.П. Берия как и до войны вновь стал министром внутренних дел означала, что объединенное накануне силовое ведомство МВД-МГБ по существу будет выполнять политический заказ одной из противоборствующих сил в предстоящих интригах. Это, безусловно, пугало его соратников – остальных членов «коллективного руководства» и толкало их на ответные шаги в борьбе с этой влиятельной и авторитетной политической, которую представлял из себя «лубянский маршал». В высших эшелонах власти возник заговор, который 26 июня 1953 г. привел к аресту второго по значимости человека в государстве – министра внутренних дел и первого заместителя председателя СМ СССР Л.П. Берия.

С устранением опасного конкурента, укрепились позиции ЦК партии во главе с Н.С. Хрущевым. В то же время органы госбезопасности после ареста их руководителя оказались в очередной раз «скомпрометированными» в глазах общественности, т.к. по версии партийных функционеров «банда Берии», пробравшись к руководству МГБ-МВД, пыталась якобы вывести органы госбезопасности из под контроля КПСС [1].

Заговор Хрущева-Маленкова-Булганина в июне 1953 г., в результате которого был арестован «лубянский маршал», а затем и другие руководители спецслужб предопределил отношение власти и лично Хрущева к органам безопасности почти на десятилетие вперед. После этого события победившая группировка с одной стороны взяла курс на «чистку» чекистских рядов от остатков «бериевщины» и обновление штатов МГБ, а с другой – на кардинальную реорганизацию органов госбезопасности, вплоть до его расформирования (в 1960 г. союзное МВД было ликвидировано, до ликвидации КГБ оставался один шаг).

После июньского переворота 1953 г. перегруппировались политические силы в Президиуме ЦК КПСС и СМ СССР. Начался новый период противоборства в высших эшелонах власти и на его фоне – новая волна реформ в силовых ведомствах. Устранение соперников с политического олимпа шло нелегитимным способом, с использованием неправовых методов и «навешиванием ярлыков». Ярким примером этой борьбы служат сфальсифицированные уголовные дела в отношении бывших руководителей МГБ-МВД – тех, которые провожали Сталина в последний путь в марте 1953 г. и тех, которые по его приказу сидели в тюрьме уже несколько лет. На скамье подсудимых оказались инициаторы, исполнители и жертвы репрессивной политики. Речь идет о череде громких дел в отношении Л.П. Берия, В.С. Абакумова, А.Н. Рапава, Н.М. Рухадзе, М.Д. Рюмина, П.А. Судоплатова, Н.И. Эйтингона, Я.И. Серебрянского и мн. др.

Несмотря на то, что эпоха Сталина уходила в прошлое, средства и методы «вождя всех времен и народов» в организации уголовного преследования своих противников еще существовали и по инерции широко использовались новыми руководителями страны в условиях наступившей «оттепели».

С разоблачением «банды пробравшихся в правительство врагов» все внимание политиков вновь было сфокусировано на МГБ-МВД. Г.М. Маленкову и Н.С. Хрущеву нужно было расставить на ключевые посты в силовых ведомствах своих людей, чтобы иметь поддержку в будущих интригах. Началась подготовка к новой реорганизации отечественных спецслужб, которая сопровождалась громкими разоблачениями ее бывших руководителей и судебными процессами не только в центре, но и на местном уровне.

На периферии развернулась настоящая «охота за ведьмами». Более 3 000 офицеров госбезопасности были уволены «как не пригодные и не способные в новых условиях обеспечивать выполнение возложенных на них обязанностей» или «по служебному несоответствию» [2]. Многие уволенные чекисты остались без средств к существованию, поскольку им не назначались пенсии, в порядке наказания. Тогда «им не назначили пенсии», или долженствование? Тогда «поскольку государство не предусматривало назначение им пенсий». 64 бывших ответственных работника органов госбезопасности были лишены генеральских званий и также уволены со службы [3]. Самые громкие дела того времени – дела о «банде Берия» и «дело Абакумова». Каждое из них уникально по своей природе.

Дело бывшего наркома внутренних дел Л.П. Берия и его сообщников формировалось спонтанно, без существенного плана. Каких либо документальных источников о подготовке этого дела по понятным причинам не существует, только воспоминания и интервью. Однако есть многочисленные архивные и следственные документы и материалы судебного заседания в отношении «банды Берия». Нужно сразу заметить, что это дело возбуждалось не по уголовным, а по политическим основаниям, а следствие и суд шли с грубыми нарушениями общепринятых норм права. На чем основывались прокуратура и следственные органы при заведении этого дела? Как формировалась группа сообщников? Как собиралась доказательная база? Какие обвинения были положены в основу обвинительного заключения? Как было организовано судебное разбирательство?

При тщательном изучении всех этих вопросов мы можем констатировать, что дело о «лубянском маршале» не выдерживает юридической критики и сфальсифицировано наспех. Большинство обвинений, выдвинутых в адрес фигурантов по этому делу были спонтанно и эмоционально высказаны участниками исторического совместного заседания Президиума СМ СССР и Президиума ЦК КПСС 26 июня 1953 г., а затем и на июльском (1953 г.) Пленуме ЦК КПСС. Суть обвинительных заключений по итогам следствия, сводилась не к вине за массовые репрессии, в которых участвовали бывшие руководители НКВД-МГБ в 1930-е – начале 1950-х, а к их попыткам провести ревизию политики (или извратить политику) Ленина-Сталина. Главный смысл обвинений состоял в том, что Берия, сколотив «банду», став лидером страны, проявил чрезмерную политическую активность и вместе со своими приспешниками якобы попытался узурпировать власть, поставить органы госбезопасности над партией. После сообщений в центральной печати о разоблачении одного из первых лиц в государстве, ближайшего сподвижника Сталина как «врага Коммунистической партии и советского народа» [4] общественность страны была шокирована как самим фактом «разоблачения» так и аргументацией придуманных обвинений.
Для того чтобы лучше понять насколько разительны были перемены в политической жизни страны, можно процитировать постановление Президиума ЦК КПСС от 10 апреля 1953 г., в котором отдельным пунктом давалась оценка деятельности (теперь «врага народа») Берии на посту министра внутренних дел (за несколько недель до его ареста):
«IX. О мероприятиях, проводимых Министерством внутренних дел.

Одобрить проводимые тов. Берия Л.П. меры по вскрытию преступных действий, совершенных на протяжении ряда лет в бывшем Министерстве государственной безопасности СССР, выражавшихся в фабриковании фальсифицированных дел на честных людей, а также мероприятия по исправлению последствий нарушений советских законов, имея в виду, что эти меры направлены на укрепление Советского государства и социалистической законности. Президиум ЦК КПСС» [5].

Спустя два месяца после принятия этого постановления один из руководителей государства неожиданно для всех превратился в «организатора банды» и «агента иностранных спецслужб». Фактически, «дело лубянского маршала» – это первое грубое пренебрежение правовыми нормами в постсталинское время, когда одна политическая группировка во властных структурах сфальсифицировала дело против другой группировки о правительственном заговоре. На самом деле в высших эшелонах власти шел банальный процесс устранения конкурента в ходе политической борьбы.

Примечательно, что уже через несколько недель после «кремлевского переворота», происшедшего 26 июня 1953 г., когда бывший министр внутренних дел находился еще под следствием и некоторые фигуранты по этому делу еще не были арестованы, 8 августа 1953 г. пятая сессия Верховного Совета СССР утвердила Указ Президиума «О преступных, антигосударственных действиях Л.П.Берия», в котором задолго до решения суда констатировалось: «Вследствие вскрытых преступных антигосударственных действий Л.П. Берия, направленных на подрыв Советского государства в интересах иностранного капитала, Верховный Совет Союза Советских Социалистических Республик постановляет…». Далее говорилось о том, что Л.П. Берия лишен всех наград и полномочий и снят со всех занимаемых государственных постов [6].

Изначально, все процессуальные действия (арест, заключение под стражу, ведение следствия, привлечение свидетелей, судебный процесс) свидетельствовали о том, что это дело имело особенный статус и не входило в общепринятые стандарты советской правовой системы. В этой связи нужно отметить, что из восьми назначенных для ведения судебного процесса судей только двое имели отношение к органам юстиции – Е.Л. Зейдин (первый заместитель Председателя ВС СССР) и Л.А. Громов (председатель Московского городского суда), остальные – Н.А. Михайлов, Н.М. Шверник, М.И. Кучава, И.С. Конев, К.С. Москаленко и К.Ф. Лунев – являлись партийными или профсоюзными функционерами или военными. Включение в состав суда (Специального судебного присутствия ВС СССР) генерала армии К.С. Москаленко, который не только арестовывал Берию, но и принимал непосредственное участие в следственных действиях, являлось грубейшим нарушением уголовно-процессуального законодательства и ничем не было оправдано. Чтобы один и тот же человек арестовывал, вел следствие, судил и проводил приговор в исполнение – такого не было даже при Сталине!

При анализе обвинительного заключения по делу «лубянского маршала» можно сделать вывод, что подавляющее число пунктов основного документа судопроизводства имело не уголовную, а политическую основу [7]. Несмотря на то, что до сих пор приговор и все обвинения по отношению к бывшему министру внутренних дел остаются в силе, с позиций сегодняшнего дня можно констатировать, что «преступной банды Берия Л.П.» никогда не существовало, никто из обвиняемых Родине не изменял, и тем более никогда не был шпионом иностранных разведок [8].

Победившая в борьбе за власть группировка Хрущева-Маленкова-Булганина нашла оптимальную форму объяснения народу причин сталинского террора на протяжении десятилетий. За счет сфальсифицированной группы заговорщиков новое руководство смогло отвести от себя ответственность за развязывание репрессий в стране и на первых порах замолчать вину вождя и свое собственное участие в репрессиях. Только на ХX съезде КПСС в феврале 1956 г. часть вины за массовый террор в СССР была переложена на плечи Сталина.

После расстрела 23 декабря 1953 г. по «делу Берия» семерых главных «заговорщиков», (Л.П. Берия, В.Н. Меркулова, С.А. Гоглидзе, Б.З. Кобулова, В.Г. Деканозова, П.Я. Мешика и Л.Е. Влодзимирского) Генеральная прокуратура СССР во главе с Генеральным прокурором Р.А. Руденко продолжила расследование по делу о «банде Берии», причисляя к ней все новых и новых фигурантов. Примечателен тот факт, что «группу заговорщиков» формировали как из окружения Берии, так и из лиц, которых бывший министр внутренних дел сам начал обвинять в репрессиях и разоблачать как врагов народа. Так, например, осенью 1954 г. были осуждены ВКВС СССР к высшей мере наказания – бывший заместитель министра госбезопасности УССР генерал-лейтенант С.Р. Мильштейн и бывший министр госбезопасности Грузии генерал-лейтенант Н.М. Рухадзе, которого незадолго до этого в марте-апреле 1953 г. Л.П. Берия обвинил в фальсификации «мингрельского дела» [9]. Позже к ним присовокупили и бывшего наркома внутренних дел Грузии – А.Н.Рапаву, который уже в 1951–1953 гг. находился под арестом в связи с «делом мингрельской националистической группы» и был реабилитирован благодаря развенчанию этой фальсификации Берией. Не успел генерал А.Н. Рапава выйти на свободу в апреле 1953 г., как в августе этого же года вновь был арестован уже по другому делу – по делу «лубянского маршала». Как активный участник «антиправительственного заговора, возглавляемого Берией» А.Н. Рапава был расстрелян в 1955 г. по приговору ВКВС СССР. Абсурдность ситуации заключалась в том, что и Н.М. Рухадзе, который по заданию Сталина фабриковал «мингрельское дело», и А.Н. Рапава, который стал жертвой этой фальшивки, в итоге оказались в одной «банде Берии».

Процесс по делу А.Н. Рапавы, Н.М. Рухадзе и др., прошел в Тбилиси в сентябре 1955 г. Шесть человек (А.Н. Рапава, Н.М. Рухадзе, Ш.О. Церетели, К.С. Савицкий, Н.А. Кримян, и А.С. Хазан) были приговорены к высшей мере наказания. Еще двое – Г.И. Парамонов и С.Н. Надарая – осуждены на 25 и 10 лет лишения свободы соответственно, с отбыванием наказания в колонии строгого режима.

Примерно в таком же русле расследовалось дело на бывшего министра госбезопасности Белоруссии Л.Ф. Цанава (Джанджгава). В апреле 1953 г. по инициативе «лубянского маршала» его обвинили в соучастии в убийстве С.М. Михоэлса, а после ареста Л.П. Берии, – в заговоре с последним. Не выдержав лишений длительного одиночного заключения – Л.Ф. Цанава в апреле 1955 г. покончил жизнь самоубийством в тюремной камере.

В марте 1954 г. был арестован еще один «член банды» кандидат в члены Президиума ЦК KПCC, бывший председатель СМ АССР М.-Д.А. Багиров и в мае 1956 г. расстрелян по приговору ВКВС. В конце 1953 г. потерял свой пост и 1-й секретарь ЦК КПСС Армении Г.А. Арутинов Несмотря на то, что он резко выступал против «лубянского маршала», после его ареста Г.А. Арутинова все-таки отстранили от всех должностей и перевели на работу директором совхоза.

Спустя год после расстрела основных фигурантов по делу одного бывшего министра внутренних дел с явным пренебрежением нормами права прошли следствие и суд по делу другого бывшего министра, только уже министра госбезопасности СССР В.С. Абакумова и еще пятерых бывших высокопоставленных руководителей отечественных спецслужб, которых вопреки всякой логике причислили к «банде Берии» и приговорили к высшей мере наказания [10].

Генерал-полковника В.С. Абакумова [11] и еще шестерых генералов и офицеров из руководства МГБ СССР, арестовали в июне 1951 г. по доносу старшего следователя Следственной части по особо важным дела МГБ СССР – М.Д. Рюмина [12]. Еще летом-зимой 1951 г. арест руководителей чекистского ведомства дал повод для появления в следственном производстве так называемого «дела врачей».

Причем «преступные факты», изложенные в письме М.Д. Рюмина проверяла в МГБ СССР комиссия в составе: Г.М. Маленкова, Л.П. Берия и С.Д. Игнатьева, и подтвердила их. Результаты проверки комиссии легли на стол Сталину и послужили основанием для ареста В.С. Абакумова и некоторых его ближайших подчиненных. Проще говоря, именно Л.П. Берия и Г.М. Маленков приложили усилия для того, чтобы была арестована верхушка МГБ СССР. Вначале генералов и офицеров из МГБ обвиняли в «сокрытии следственных данных о подготовке заговора медиков против руководителей партии и правительства». Однако через два года следствия, уже после разоблачения надуманного «дела врачей» (эту фальшивку в апреле 1953 г. Л.П. Берия сам и раскрыл), арестованного В.С. Абакумова и еще пятерых руководящих работников МГБ СССР (А.Г. Леонова, М.Т. Лихачева, В.И. Комарова, И.А. Чернова и Я.М. Бровермана) неожиданно для всех зачислили в «банду Берии» и в декабре 1954 г. расстреляли как ближайших сподвижников «лубянского маршала»!

Вместе с В.С. Абакумовым в июле 1951 г. был арестован и бывший заместитель начальника Следственной части по особо важным делам полковник Л.Л. Шварцман, однако в связи с тем, что в процессе следствия он симулировал психическое заболевание (шесть раз подвергался психиатрической экспертизе, которая всегда признавала его вменяемым), его дело было выделено в отдельное производство. 3 марта 1955 г. Л.Л. Шварцман был приговорен к высшей мере наказания. 13 мая 1955 г. приговор приведен в исполнение.

Таким образом, состав мнимой заговорщицкой группы формировался как из действующих сотрудников МГБ-МВД, так и на базе уже ранее арестованных руководителей органов госбезопасности, обвиненных в совершении совершенно других преступлений.
Политические процессы в стране, начавшиеся после смерти Сталина вошли в историю с легкой руки Ильи Эренбурга, как «хрущевская оттепель». Это понятие вовсе не так однозначно как оно представлено в исторической литературе. Рассекреченные архивные материалы свидетельствуют о том, что:

во-первых, политическая «оттепель» началась сразу же после смерти Сталина и инициатором этих послаблений было тогдашнее руководство во главе с Г.М. Маленковым, Л.П. Берией и Н.С. Хрущевым. В этом триумвирате пальму первенства по воплощению в жизнь либеральных элементов нужно отдать «лубянскому маршалу», а Никита Сергеевич во многом лишь продолжал развивать идеи, рожденные на Лубянке весной 1953 г.;

во-вторых, не совсем справедлив тезис о том, что «политическая оттепель» широкой поступью стала идти по стране после ХХ съезда КПСС в феврале 1956 г. и знаменитой речи Н.С. Хрущева «О культе личности Сталина». На самом деле – ХХ съезд партии стал пиком в либеральных послаблениях однопартийной системы власти в «хрущевское десятилетие». Не успев начаться «оттепель» тут же, уже через месяц, стала сворачиваться. Свидетельством тому стал разгон демонстраций, (какой? когда?) прокатившихся по ряду городов Грузии (Тбилиси, Гори, Сухуми, Батуми и др.) в марте 1956 г. Причиной недовольства грузинского населения стали скандальные разоблачения «вождя всех народов» на высшем форуме партии. Большинство демонстраций были разогнаны с применением военной силы, а в г. Тбилиси были использованы даже танки [13]. Усиление консерватизма еще больше обозначилось осенью 1956 г. после подавления восстания в Венгрии. Именно после этого события в декабре 1956 г. вышло закрытое письмо ЦК КПСС о «необходимости усиления борьбы с вражеским охвостьем». В 1956–1958 гг. был зафиксирован всплеск политических репрессий. Количество осужденных за агитацию и пропаганду в течение двух лет (1957–1958 гг.) составляет 41,5 % от общего числа всех осужденных за 32 года 1956–1987 гг. [14];

в-третьих, нужно признать, что советское законодательство в 1950-е гг. шагнуло далеко вперед в своем развитии по сравнению с законодательством, которое существовало при Сталине. Попытка урегулировать законом работу институтов государственной власти, в т.ч. и отечественных спецслужб после произвола прошедших лет была прогрессивным явлением. Однако и этот процесс был противоречив и неоднозначен. Закон так и не стал в этот период основой правосудия. Пока система власти, при которой безапелляционные решения одного человека превращались в непреложные установки в деятельности всего государственного механизма, закон в любой момент мог быть попран «властью предержащими».

Примером правового нигилизма власти могут послужить дела известных спекулянтов валютными ценностями Я.Т. Рокотова, В.П. Файбишенко, Д.Д. Яковлева и др., когда в 1961 г. по решению Н.С. Хрущева был нарушен один из основополагающих принципов уголовного права: к лицу, совершившему преступление до принятия нового закона, устанавливающего более строгое наказание к виновному, должна применяться санкция действовавшей ранее статьи уголовного права, предусматривавшая менее суровое наказание. Однако в данном случае в 1961 г. по воле Первого секретаря ЦК КПСС закону была придана обратная сила и троих главных обвиняемых по делам валютных спекуляций расстреляли, несмотря на то, что их преступление было совершено тогда, когда действовал закон, не предусматривавший за это высшую меру наказания [15].

Принятое в стране в 1950-е гг. законодательство создавало широкие возможности для административно-правового принуждения и применения уголовных репрессий в отношении политических противников КПСС. Ряд правовых норм, предусматривающих правовые санкции по политическим мотивам, был засекречен и остался недоступным общественности.

Какими бы широкими полномочиями суды и прокуратура ни пользовались согласно законам и указам Верховного Совета СССР, принятым в 1955–1958 гг., сотрудники этих ведомств по-прежнему оставались в зависимости от воли партийных структур. Юридически провозглашенная в СССР независимость всех ветвей власти фактически не устраняла контроля партийных органов над всеми государственными и общественными организациями. Полномочия прокуратуры и суда, которые предоставлялись их сотрудникам им новыми законодательными актами 1955-1960-х гг., в большей мере теряли свою практическую ценность в условиях однопартийной системы и верховенства партийной инстанции. Партийная номенклатура сохраняла за собой возможность пренебрегать законом и в дальнейшем, когда продолжалось совершенствование правового положения и системы органов государственной безопасности.

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Миф о враждебной деятельности бывшего наркома и министра внутренних дел СССР Л.П. Берия был запущен в обиход партийной пропагандой для объяснения общественности причин правительственного переворота в июне 1953 г. Выступая на Всесоюзном оперативном совещании руководящего состава органов госбезопасности в июне 1954 г. председатель КГБ СССР И.А. Серов подчеркивал: «Причины ошибок и извращений (в бывшем НКВД-МГБ-МВД– А.П.) в том, что в руководстве органов госбезопасности орудовали враги и авантюристы: Ягода, Ежов, Абакумов, Берия и их сообщники... Они стремились уйти из-под контроля партии и правительства, поставить органы госбезопасности в особое положение в системе социалистического государства, хотели оторвать органы госбезопасности от партии и поставить их над партией и государством... Президиум Центрального Комитета нашей партии бдительно следил за вражескими замыслами Берия и его сообщников и в нужный момент отрубил кровавые руки Берия и его шайке, посягнувших на нашу партию, на наше социалистическое государство» / ЦА ФСБ России. Ф. 5. Оп. 1. Д. 32. Л. 11–12.

2. Архив Президента Российской Федерации. Ф.3. Оп. 58. Д. 16. Л. 58.

3. Архив Президента Российской Федерации. Ф.3. Оп. 58. Д. 16. Л. 58.

4. Информационное сообщение о Пленуме ЦК КПСС // Правда. 1953. 10 июля.

5. Российский государственный архив новейшей истории. Ф. 3. Оп. 96. Д. 4. Л. 12.

6. Заседания Верховного Совета СССР (пятая сессия) 5–8 августа 1953 г. Стенографический отчет. М., 1953. С. 323.

7. Материалы по делу № 0029-53г. («банда Берии») составили почти 40 томов. Обвинительное заключение было написано более чем на ста страницах. В нем, в частности, констатировалось: «... установлено, что Берия сколотил враждебную Советскому государству изменническую группу заговорщиков, ставившую своей преступной целью использовать органы Министерства внутренних дел, как в центре, так и на местах против Коммунистической партии и Правительства СССР в интересах иностранного капитала, стремившуюся в своих вероломных замыслах поставить Министерство внутренних дел над Партией и Правительством для захвата власти и ликвидации советского рабоче-крестьянского строя в целях реставрации капитализма и восстановления господства буржуазии» / РГАНИ. Ф. 3. Оп. 96. Д. 42. Л. 10–11).

8. Пожаров А.И. Руководители советских спецслужб как объект мифотворчества в истории органов госбезопасности Советского Союза // Военно-исторический архив. 2002. № 3(27). С. 17–31.

9. В постановлениях ЦК ВКП(б) от 09.11.1951 г. и от 27.03.1952 г. сообщалось, что в Грузии якобы была вскрыта мингрельская националистическая организация, возглавляемая вторым секретарем ЦК КП(б) Грузии – М.И. Барамия, ставившая своей целью якобы ликвидацию Советской власти в Грузии с помощью империалистических государств. В ноябре 1951 г. были арестованы 37 ответственных партийных и государственных работников Грузинской ССР, в том числе 6 депутатов Верховного Совета СССР, 17 депутатов Верховного Совета Грузинской ССР, 8 Героев Социалистического труда. Следствие шло около 15 месяцев под непосредственным контролем Сталина, который регулярно звонил министру госбезопасности Грузии – Рухадзе Н.М. и интересовался ходом следствия. На основе ложных данных сфабрикованного дела, из Грузии в конце 1951 г. прошло выселение «враждебных элементов» мингрельской национальности. Косвенно «мингрельское дело» было направлено против Берии, поскольку следователи выбивали у арестованных показания о «нитях заговора», ведущих в Москву к «большому Мингрелу» – Берии.

10. Следствие по делу бывшего министра госбезопасности СССР генерал-полковника B.C. Абакумова и его подчиненных (А.Г. Леонова, М.Т. Лихачева, В.И. Комарова, И.А. Чернова и Я.М. Бровермана) началось еще летом 1951 г. по доносу старшего следователя Следственной части по особо важным делам МГБ СССР М.Д. Рюмина. Арест высокопоставленных чиновников из МГБ СССР дал повод для появления в следственном производстве т.н. «дела врачей». Вначале арестованных руководителей Министерства госбезопасности СССР обвиняли в «сокрытии следственных данных о подготовке заговора медиков против руководителей партии и правительства». Однако через два года следствия и уже после разоблачения надуманного «дела врачей» (эту фальшивку в апреле 1953 г. разоблачил Берия) арестованного В.С. Абакумова и др. проходивших вместе с ним по делу фигурантов неожиданно для всех зачислили в «банду Берии» и в декабре 1954 г. расстреляли (РГАНИ. Ф. 3. Оп. 8. Д. 116. Л. 100–109.)

11. Абакумов B.C. в годы войны был заместителем наркома внутренних дел СССР, с апреля 1943 г. – начальником Главного управления контрразведки СМЕРШ НКО СССР.

12. Рюмин М.Д. в годы войны был следователем, начальником следственного отделения Особого отдела НКВД СССР (затем ГУКР СМЕРШ НКО СССР) Архангельского и Беломорского военных округов.

13. Козлов В.А. Массовые беспорядки в СССР при Хрущеве и Брежневе. Новосибирск: Сибирский хронограф. 1999. С. 173.

14. Источник. 1995. № 6. С. 153.

15. РГАНИ. Ф. 3. Оп. 97. Д. 476. Л. 4.

А.И. ПОЖАРОВ, кандидат юридических наук, доцент, член Общества изучения истории отечественных спецслужб

Политическая история России: прошлое и современность. Исторические чтения "Гороховая-2". Вып. VII. СПб. С. 231 - 244.

Рекламные объявления:
ООО ЧОП "АЛЬФА-Б" работающее на рынке охранных услуг более 10 лет в связи с расширением клиентской базы приглашает охранников на постоянную работу на объекты в городе Москве и ближайшем Подмосковье.
Телефон: 8 (499) 766-9500
www.alpha-b.ru
Поиск Яндекс по сайту
Внимание! Результаты откроются в отдельном окне!

Отправить заявку на рекламу

 
Rambler's Top100
Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл ФС77-23889 от 31 марта 2006 г.

Адрес редакции: 119034, Москва, Хилков пер., 6
тел: +7 (499) 766-95-00 | Email: info@chekist.ru
© 2002-2013
Союз Независимых Cлужб Cодействия Коммерческой Безопасности
*Перепечатка материалов допускается только с указанием активной ссылки на сайт www.Chekist.ru
*Мнение редакции может не совпадать с мнением авторов
Реклама:
Написать письмо в Редакцию
Разработка сайта:
Студия ИнтернетМастер

Поддержка сайта:
НПП ИнтернетБезопасность


Создание Сервера: В.А.Шатских